1_capraz (1_capraz) wrote,
1_capraz
1_capraz

Category:

Апокрифические размышления о Стрелах Времени, летящих без руля и без ветрил. 1

........................................................................................................
Что же касается взаимоотношений философского и религиозного сознаний, то они могут и не иметь области пересечения. Во всяком случае, я разделяю сомнения Ю.Н.Ефремова, который высказался о понятии Единого Бога так: «Единый для исследователей и для верующих – спросим мы? Для тех, кто должен подвергать всё сомнению и для тех, для кого сомнение – тяжкий грех?» (Ефремов).
И нечего здесь доказывать. Ведь любые доказательства в рамках «чистой логики» не более чем миф. «Хотя термин «доказательство» является едва ли не самым главным в математике, он не имеет точного определения. Понятие доказательства во всей его полноте принадлежит математике не более чем психологии: ведь доказательство – это просто рассуждение, убеждающее нас настолько, что с его помощью мы готовы убеждать других (курсив - Ю.Л.)» (Успенский, 9).
Чтобы закончить с этой темой, еще раз обращусь к Набокову. Следующая цитата является, на мой взгляд, неким образным зерном, которое при должном развитии может раскрыть тему, обсуждаемую здесь и ниже: «Как сказал блаженный Августин: «Человек может понять, что не есть Бог, но не способен понять, что Он есть». Думается, я знаю, что Он не есть: Он не есть отчаяние, Он не есть страх, Он не есть земля в хрипящем горле, ни черный гул в наших ушах, сходящий на нет в пустоте. Я знаю также, что так или этак, а Разум участвовал в сотворении мира и был главной движущей силой. И, пытаясь найти верное имя для этого Вселенского Разума, для Первопричины, или Абсолюта, или Природы, я признаю, что первенство принадлежит имени Божию» (Набоков, 192).
Не берусь утверждать, что здесь выражены взгляды самого Набокова, а не его литературного героя Кинбота, да это и не важно. Тексты столь же автономны по отношению к их авторам, как и авторы по отношению к собственным произведениям. Важно то, что выраженная Набоковым точка зрения является довольно распространённой, хотя всегда считалась как бы гуманитарно-дилетантской.
И еще об одном хотелось бы предупредить читателя. Что бы и кем бы ни было сообщено, как бы ни были убедительны свидетельства авторитетов или собственные ощущения, в конечном счете, ответственность за доверие к познанному лежит на сознании самого познающего – и в сфере этики, и в сфере физики.
В связи с этим напомню очень важную формулировку, которую со ссылкой на свой приоритет (Lem-1957) дает Станислав Лем: «… сознание – это такое свойство системы, которое узнаешь, когда сам являешься этой системой» (Лем-1968, 442).
Сакраментальное: «Что есть истина?» в физическом обиходе может быть проиллюстрировано следующим пассажем из замечательной книги великого популяризатора науки французского астронома Николя Камила Фламмариона, к которой мы еще будем неоднократно возвращаться в дальнейшем: «Мы слышим гармонические звуки, - на деле же воздух переносит лишь волны, беззвучные сами по себе. Мы любуемся эффектом света и красок, оживляющих в наших глазах роскошное зрелище природы, - на деле нет ни света, ни красок, а есть только бесцветные колебания эфира, которые, поражая наш оптический нерв, дают нам ощущение света». (Фламмарион, 11). Если учесть, что со времен Фламмариона из физического обихода исчез и эфир, то можно придти к солипсизму – отрицанию каких бы то ни было сущностей вне ощущений. Солипсизм – позиция аксиоматическая, а потому бесспорная. Правда, последовательных солипсистов мало – это очень тяжелая философская судьба. Добровольно быть лишенным абсолютной интеллектуальной роскоши – роскоши общения – соглашаются немногие (главным образом либо по молодости и житейской неопытности, либо – от избытка мизантропии). А выдерживают такое соглашение, как говорят, и вовсе единицы. Хотя, если вдуматься, то можно найти солипсические мотивы даже в известном оптимистическом призыве – «Каждый кузнец своего счастья!». И мне порой кажется, что это не интеллектуальный снобизм, и я над этим задумываюсь... Но, в любом случае, сомнение в истинности всякого физического утверждения всегда должны входить в спектр эмоций при обращении Разума к физическому миру.
В заключение этого несколько затянувшегося предисловия – две притчи. Первая – о группе слепых философов, которые изучали предметную истину – слона. Как известно, члены группы пришли к очень разнохарактерным выводам. Одни считали слона существом протяжённым , мягким и коническим, другие – массивным, перпендикулярным и цилиндрическим, третьи – острым, гладким и твердым… И каждый был уверен в собственной правоте, ибо выведенные аксиомы опирались на чувственный эксперимент.
Вторая – о четырех монахах, обсуждавших спорный богословский вопрос в саду. Когда один из них обратился к Господу с молитвой: «Господи! Дай знак этим заблуждающимся, что я прав», - с яблони одновременно упали все яблоки. «Ну, и что? - сказали трое, - это случайное совпадение». Вторичная молитва о поддержке привела к тому, что яблоня была разбита молнией. «Это совпадение»,- твердили трое. И даже когда после этого небеса разверзлись, и Господь лично произнес: «Он прав!», трое переглянулись и сказали: «Ну и что? У них два голоса против наших трех – истина за нами!»
А то, что рассказанная притча свидетельствует о реалиях поиска истины в сегодняшних условиях, подтверждается таким высказыванием Папы Иоанна Павла II в мае 1983 года перед собранием учёных: «Стало более ясным, что Божественное Откровение, свидетелем и гарантом которого является Церковь, не распространяется на какую-либо научную теорию о Вселенной, и что содействие Святого Духа никоим образом не является гарантом объяснений, которых нам бы хотелось придерживаться в отношении физического состояния действительности». (Курсив мой – Ю.Л.). (Фантоли, 372).
… Так что же в конце концов предстоит вам прочесть – трактат или беллетристику? О жанрах, как и о вкусах, не спорят, мне же хочется надеяться, что книга будет относиться к классу произведений, о котором сказано так: «Литературное произведение, как правило, начинается с описания исходной ситуации с помощью конечного числа слов, причем в этой своей части повествование еще открыто для многочисленных различных линий развития сюжета. Эта особенность литературного произведения как раз и придает чтению занимательность — всегда интересно, какой из возможных вариантов развития исходной ситуации будет реализован. Так же и в музыке — в фугах Баха, например, заданная тема всегда допускает великое множество продолжений, из которых гениальный композитор выбирал на его взгляд необходимое. Такой универсум художественного творчества весьма отличен от классического образа мира, но он легко соотносим с современной физикой и космологией». (Пригожин-1).
… Для понимания некоторых моментов изложения довожу до сведения читателя, что основная работа над книгой завершилась в начале января 2000 года, однако правки в текст вносились и позже – вплоть до… Впрочем, любопытному читателю нетрудно будет уточнить это самостоятельно по датам цитируемых публикаций, времени упоминаемых событий и т.п. Да и нет у книги конечной даты написания – ее электронная версия всегда в работе, интенсивность которой зависит от многих причин, одна из которых – реакция читателей. ....................................................................................................................
http://textarchive.ru/c-1904784.html
Tags: занимательная газета
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments